Отнесение аудио и видеозаписей к доказательствам с 7 мая 2016 года

25 мая 2016

93

Отнесение аудио и видеозаписей к доказательствам с 7 мая 2016 года

С начала мая 2016 года, суд, рассматривающий административные нарушения, обязан принимать в качестве доказательства фото-, видео- и аудиозаписи.

Раньше приобщить такого рода доказательства к материалам дела было проблематично. А такая необходимость, возникала чаще всего у участников дорожного движения.

Насколько теперь им проще будет защищать свои права читайте в этой статье.

Федеральным законом от 26.04.2016 N 114-ФЗ в ч. 2 ст 26.7 КоАП РФ устранены разночтения в вопросе, относить ли фото-, видео- и аудиозаписи к доказательствам или нет.

Имевшиеся в статье слова «могут быть отнесены» заменены словом «относятся».

Тем самым с 7 мая 2016 года суд ОБЯЗАН принять любые фото-, видео- и аудиозаписи в качестве доказательства по делу об административном правонарушении, независимо от того, какими приборами они сделаны и из каких источников получены.

  • Благодаря данным изменениям многие автолюбители получат возможность укрепить свою позицию при административном разбирательстве или и вовсе доказать свою невиновность.
  • Но необходимо понимать, что судебное разбирательство сложный процесс и не один доказательный материал не может иметь заранее установленную силу или приоритет.
  • Например, запись с видеорегистратора, на которой отчетливо видно, кто является виновником ДТП, не может значить для судьи больше, чем протокол или схема ДТП, составленные сотрудником ГИБДД.
  • Суд всегда производит оценку важности доказательной базы самостоятельно и выносит решение объективно, учитывая все материалы по делу.
  • Помимо этого, потребуется время для формирования новой правоприменительной практики.
  • К примеру, еще до введения указных изменений суды часто приобщали к материалам дела записи с видеорегастраторов, но при их оценке указывалось на то, что неизвестно, когда, кем и где данная видеозапись была осуществлена.
  • Тем самым доказательство теряло свою ценность.

Есть риск, что данная тенденция первое время продолжится. К тому же, на данный момент, не все залы судебного заседания оборудованы средствами просмотра видеозаписи и непонятно каким образом право ссылаться на видео будет реализовано участниками процесса.

Безусловно, это правильная законодательная инициатива, которая поможет декоррумпировать судебные процессы по административным правонарушениям и даст больше возможностей обжаловать несправедливые судебные решения, но панацеей решения административных споров она не является.

Адвокат Правового Центра Европейской Юридической Службы Максим Бескровных

Конституционный суд России: отказ от исследования в суде видео и аудиозаписей допускается, если вина подсудимого подтверждена доказательствами обвинения

Вопрос, обязаны ли суды прослушивать аудио и просматривать видеозаписи в ходе уголовных процессов, был поставлен мною несколько лет тому назад перед Верховным и Конституционным судами, то есть задолго до нашумевшего решения судьи Криворучко, отказавшего защите Павла Устинова в просмотре видеозаписей.

Статья 284 УПК РФ устанавливая, что вещественные доказательства должны быть осмотрены в суде, не содержит требования об их исследовании с применением технических средств с целью извлечения информации, недоступной при простом визуальном осмотре.

Именно этим и воспользовалась во время судебного процесса в 2013 году в отношении меня (в то время начальника отдела Московской межрегиональной транспортной прокуратуры) судья Мещанского суда Гудошникова Е., которая разрешила по ходатайству защиты осмотреть (визуально) CD диски с аудио и видеозаписями, приобщенные следствием в качестве вещественных доказательств, но отказала в их прослушивании и просмотре.

Мосгорсуд и Верховный суд в свою очередь на последующие апелляционные и кассационные жалобы разъяснили, что требования ст. 284 УПК РФ об осмотре вещественных доказательств судьей были соблюдены.

Конституционный суд, куда я обратился, пошел еще дальше, фактически сделав вывод, что отказ от исследования в суде видео и аудиозаписей допускается, если вина подсудимого подтверждена доказательствами обвинения.

Ходатайство защиты о прослушивании аудиозаписей дважды было заявлено в суде первой и апелляционной инстанциях не просто формально, а со ссылкой на то, что следователь ГСУ СК по Москве Лопаткин во время составления протоколов осмотра (стенограмм) не только дополнил «в интересах следствия» сказанное и несказанное на этих аудиозаписях, но и скрыл зафиксированный факт телефонного звонка и разговора, «обнародование» которого в суде подтверждало доводы защиты о подстрекательских действиях заявителя – адвоката Ивана Кидяева и сотрудников ГУЭБиПК МВД РФ (арестованных через полгода за проведение аналогичных ОРМ, но уже в отношении сотрудника ФСБ).

Стоит ли говорить, что в обвинительном приговоре 13 декабря 2013 года судья Гудошникова Е.А., обосновывая вину, сослалась на аудио и видеозаписи разговоров и протоколы (стенограммы) осмотра CD дисков, составленные следователем Лопаткиным.

Пройдя все судебные инстанции и не добившись соблюдения/восстановления права на прослушивание в суде аудиозаписей, следующим моим шагом было обращение в Конституционный суд РФ.

Так как все судебные инстанции, включая Верховный суд, заявили о соблюдении требований ст. 284 УПК РФ при простом визуальном осмотре CD дисков, напрашивался только один вывод, что эта статья УПК РФ не в полной мере соответствует Конституции РФ и обеспечивает защиту прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом.

Нередко Конституционный суд при рассмотрении обращений на нарушение прав и свобод законом, примененным в конкретном деле, при его соответствии Конституции, отказывая в рассмотрении жалоб делают вывод, что этот закон просто неправильно был применен в конкретном деле.

Не скрою, особых иллюзий на то, что положения ст. 284 УПК РФ будут признаны противоречащими Конституции я не питал.

Надежда была на очевидный и логичный вывод в определении об отказе в рассмотрении жалобы, что суд первой инстанции неправильно применил положения этой статьи в моем деле.

В последующем это давало бы мне возможность апеллировать к определению Конституционного суда при обжаловании приговора в Верховном суде.

Мотивировка обращения в Конституционный суд была проста.

Осмотр вещественных доказательств является простым способом их исследования, при котором суд, а также иные лица с помощью своих органов чувств непосредственно убеждаются в существовании, характере и внешних индивидуальных признаках (размеры, форма, цвет и др.) определенных предметов материального мира, связанных с обстоятельствами уголовного дела.

Для визуализации индивидуальных свойств, признаков и видимых, маловидимых и невидимых следов преступления, извлечения невидимой информации необходимо применение технических средств при осмотре вещественных доказательств.

В конкретном моем деле нормы уголовно-процессуального законодательства и сложившаяся ситуация не позволила осмотреть в суде вещественные доказательства — CD диски с применением компьютерной техники путем прослушивания аудиозаписей и извлечения информации из свойств аудиофайлов о дате их создания, и как следствие, — обратить внимание суда на обстоятельства, имеющие значение для дела.

Конституционный суд своим определением от 24 ноября 2016 года ожидаемо отказал в принятии моей жалобы к рассмотрению, не увидев никакой неопределенности при применении ст. 284 УПК РФ, указав, что она применяется во взаимосвязи с иными нормами уголовно-процессуального кодекса.

Далее, судьи Конституционного суда, разгадав мой нехитрый план и не желая подставлять коллег по цеху, а так же давать мне определенные козыри, указали в своем определении, что «настаивая на прослушивании аудиозаписей в судебном заседании, Д.В.

Евдокимов утверждал об имевшей место со стороны сотрудников правоохранительных органов провокации на совершение преступления.

Между тем данный довод был исследован судами и получил оценку исходя из совокупности собранных по уголовному делу доказательств».

Тем самым, Конституционный суд не только уклонился от вывода, что в моем деле неправильно была применена ст. 284 УПК РФ при отказе судом в прослушивании аудиозаписей, но и фактически сделал вывод, что суду не обязательно было прослушивать аудиозаписи, так как мой довод о провокации был опровергнут совокупностью других доказательств обвинения…

Аудио- и видеозаписи как доказательства в трудовом споре

Как узаконить видеозапись, чтобы в дальнейшем можно было ее использовать в качестве доказательства в суде? Что нужно предпринять? Какие документы подписать с работником и как запросить его согласие? Возможно ли использование в суде стихийной видеосъемки на камеру мобильного телефона или аудио­записи переговоров с работником во время сложного увольнения? Можно ли отказаться от согласия на аудиозапись, чтобы потом суд не принял ее в качестве доказательства? Как составить текст ходатайства? Нужно ли делать расшифровку и пр.?

Не сложно представить ситуацию, когда сотрудник и работодатель оказались по разные стороны баррикад и дело дошло до суда. Каждый будет пытаться любыми способами доказать свою правоту и убедить судью, что именно он прав в спорной ситуации.

И нередко стороны в доказательство неправомерного поведения второй стороны приносят в суд аудио- и видеозаписи.

Работодатели устанавливают камеры видеонаблюдения в офисных и рабочих помещениях, а работники, когда дело «пахнет жареным» (конфликтом), не выпускают из рук телефоны, тщательно фиксируя на диктофон все разговоры.

Но судебные органы обязаны руководствоваться не только словами и объяснениями сторон или свидетелей, но и иными доказательствами, которые помогут установить фактические обстоятельства дела. Поэтому необходимо разобраться, будут ли к числу таких доказательств относиться аудио- и видеозаписи. Выясним, какие требования имеются к таким записям, чтобы их можно было предъявить в суд.

Согласно абз. 1 ч. 1 ст.

 55 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ), доказательства – это полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (абз. 2 ч. 1 ст. 55 ГПК РФ).

Таким образом, закон позволяет сторонам конфликта доказывать свою позицию, в том числе с помощью аудио- и видеозаписей.

Если сотрудник или работодатель планируют предъявить в суд такую запись, следует заранее уточнить, есть ли в суде возможность прослушивания или просмотра записи.

На практике может не оказаться необходимого ноутбука или телевизора. В этом случае стороне желательно самостоятельно позаботиться о предоставлении средства связи.

Лицо, которое направляет в суд аудио- и (или) видеозапись на электронном или ином носителе, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись (ст. 77 ГПК РФ).

Судебная практика

Суд исключил из состава доказательств представленную аудиозапись переговоров истицы с ответчиком, поскольку не было указано, когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись.

Доказательств законности получения данной аудиозаписи также не имеется. Таким образом, аудиозапись разговора сторон не отвечала требованиям положений ст.

 77 ГПК РФ (апелляционное определение Московского городского суда от 22.08.2016 по делу № 33-29583/2016).

В другом деле истица пыталась доказать принуждение к увольнению по собственному желанию и просила суд приобщить стенограмму аудиозаписи служебного разговора между ней и руководителем. Суд отказал в ее просьбе и указал, что запись велась с нарушением ст. 23, 24 Конституции РФ, а также ст. 77 ГПК РФ.

Читайте также:  Новая горизонтальная разметка с 12 июля 2017 года

Видно, что запись не содержит информации, из которой можно было бы установить время, место и условия, при которых она осуществлялась, сведения о выполнявшем ее лице.

Кроме того, суд отметил, что для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства, суд самостоятельно определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, оценивает допустимость и относимость представленных доказательств (апелляционное определение Московского городского суда от 30.07.2015 по делу № 33-26927/15).

Как видите, суд довольно строг в отношении такого рода доказательств. Если во время записи не были соблюдены требования закона к порядку оформления записи, то она может быть исключена из числа доказательств по делу. В этом случае сотрудник или работодатель уже не смогут ссылаться на разговор на пленке.

Следует обратить внимание на нормы Конституции РФ, на которые в одном из указанных дел ссылался суд. Согласно ч. 2 ст. 23 Конституции РФ, каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений.

Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения. А в ч. 1 ст. 24 Конституции РФ отмечено, что сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Указанные требования закона защищают граждан от незаконного вторжения в их частную жизнь, обнародования личной переписки и незаконной слежки.

Давайте разберемся, можно ли установить в офисе организации скрытые камеры видеонаблюдения.

Если не уведомить сотрудников о том, что за ними ведется видеонаблюдение, это можно считать негласным получением информации. Согласно ч. 6 ст. 6 Федерального закона от 12.08.

1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее – Закон об ОРД), запрещено использование технических средств, предназначенных для негласного получения информации, не уполномоченными на то физическими и юридическими лицами. Такое право предоставляется только оперативным подразделениям госорганов, наделенных полномочиями законом (ст. 1 Закона об ОРД).

Компании не относятся к числу лиц, которым разрешается вести скрытое видеонаблюдение. Поэтому слежка за сотрудниками будет вне закона. Записи, полученные подобным образом, нельзя будет использовать в суде в качестве доказательств.

Видеонаблюдение в офисе

  • Как узаконить видеозапись, чтобы в дальнейшем можно было ее использовать в качестве доказательства в суде? Работодателю следует предпринять следующие действия (Схема 1):
  • 1) издать приказ о введении системы видеонаблюдения в компании с указанием даты начала эксплуатации видеокамер. Приказ можно оформить в произвольной форме (Пример 1);
  • 2) получить от работников в письменном виде согласие на ведение видеосъемки (Пример 2);

3) разработать и утвердить отдельный локальный нормативный акт (например, Положение о системе видеонаблюдения в организации), в котором определить, где ведется видеозапись, время съемки (например, с 09.00 до 18.

00), цель установления камер, сроки хранения видеозаписей, в каком порядке они подлежат уничтожению;

4) внести изменения в Правила внутреннего трудового распорядка (ПВТР) (Пример 3) и Положение о персональных…

Гд не разрешит приобщать видеозаписи, как доказательства в уголовных и гражданских делах

Сейчас эти материалы могут относиться к доказательствам, но только если так решит суд. Думский комитет по госстроительству и законодательству не видит повода менять регулирование. Эксперты, в свою очередь, считают это решение недальновидным.

Комитет Госдумы по госстроительству и законодательству планирует рекомендовать депутатам отклонить два законопроекта, которые предлагают в обязательном порядке приравнивать фото- и видеосъемку, а также аудиозаписи к доказательствам по уголовным, арбитражным и гражданским делам. Такое решение комитет может принять 15 декабря, рассказали «Известиям» несколько собеседников в комитете.

Законопроекты внесли в Госдуму в марте нынешнего года единоросс Дмитрий Вяткин и глава комитета СФ по конституционному законодательству Андрей Клишас.

Они ссылались на то, что в Кодексе об административных правонарушениях весной 2016 года появилась аналогичная норма об обязательном отнесении фото- и видеозаписей к доказательствам по административным делам.

Эти поправки в Уголовно-процессуальный, Арбитражный и Гражданский процессуальный кодексы, по их мнению, способствовали бы унификации законодательства.

Сейчас такие материалы могут приниматься в качестве доказательства по уголовным, гражданским и арбитражным делам, но только по усмотрению суда. Именно на это указало правительство в своих отрицательных отзывах на проекты законов.

Из правительственных документов следовало, что законопроекты не учитывают принцип свободы оценки доказательств и правила ее проведения, закрепленные в процессуальных кодексах.

Так, например, в УПК говорится о том, что судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь и дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Кроме того, каждое доказательство оценивается с точки зрения относимости, допустимости, достоверности.

Думский комитет по госстроительству, вероятно, поддержит  точку зрения правительства, отметив, что неопределенности в вопросе отнесения видеозаписей к доказательствам нет. В частности, в комитете могут обратить внимание на то, что согласно УПК никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, а фото- и видеоматериалы могут признаваться одним из видов доказательств.

Проблема приобщения аудио- и видеозаписей к делу достаточно серьезная и часто встречается в адвокатской практике, рассказали опрошенные «Известиями» эксперты.

— Адвокаты и сейчас наделены правом самостоятельно собирать доказательства, но реализовать его крайне сложно. Вопрос передачи их следователю и правильной оценки до сих пор очень непросто решается. Зачастую следствие не принимает их от адвокатов, а суды не рассматривают.

Либо рассматривают, но не дают оценку в приговорах, то есть не принимают в качестве допустимых доказательств. Это порождает большое количество судебных ошибок и как следствие — вынесение неправосудных приговоров. Необходимо внедрять такую практику (использования в качестве доказательств аудио- и видеофайлов.

— «Известия»), — считает адвокат Оксана Михалкина.

Это распространенная проблема, согласен с коллегой адвокат Алексей Михальчик.

— На практике ограниченный перечень таких доказательств принимается судами, те данные, которые защита пытается приобщить, зачастую отвергаются судьями.

При этом по административным делам суды без особых проблем принимают записи с видеорегистратора.

Я считаю, что нужно обязать суд приобщать к делу записи по ходатайству адвокатов, а уже впоследствии с помощью экспертиз оценивать их и уже в приговоре принимать окончательное решение, — убежден эксперт.

Источник: Известия 

аудиозапись как доказательство | КОЛЛЕГИЯ АДВОКАТОВ ГОРОДА СИМФЕРОПОЛЬ

Когда суд примет во внимание аудиозапись в качестве доказательства? Конституция гарантирует неприкосновенность личной жизни и в то же время дает право защищаться всеми законными способами. Судам приходится находить грань между двумя нормами, оценивая аудиозаписи одной из сторон спора. Закон предъявляет к ним и другие требования, которые могут зависеть от вида процесса – гражданского, арбитражного, уголовного. Есть и аудиопротоколирование, которое может вести сам суд. Какую роль эти доказательства могут сыграть в отдельно взятых делах?

В декабре 2016 года Верховный суд разрешил ссылаться на аудиозапись телефонного разговора, сделанную без ведома собеседника. Случилось это в деле в деле № 5-КГ16-18, в котором истица Анна Стаханова* требовала возврата 1,5 млн руб. займа и почти столько же процентов с супругов Евгении и Игоря Белых*.

Заем в свое время оформили на мужа, но требовался он для бизнеса жены, поэтому Стаханова указала в заявлении обоих ответчиков. Общность долга она решила подтвердить аудиозаписью телефонного разговора с Евгенией Белых.

Но Тверской областной суд не смог установить, относится ли к делу это доказательство, поскольку «носитель процессуально не оформлен, нет указаний, где, кем и при каких условиях производилась запись», и к тому же сама Белых не давала на это согласия (определение 33-798 от 16 февраля 2016 года).

Нельзя помимо воли распространять сведения о личной или семейной тайне, объяснил облсуд.

Здесь запрет не работает, возразил Верховный суд и объяснил, почему: запись вела одна из участниц разговора, а сам он касался обстоятельств договора между ними. Дело отправилось на новое рассмотрение (см. «Больше ни звука: будет ли доказательством аудиозапись, сделанная без уведомления, решал ВС»). С одной стороны, ст.

24 Конституции запрещает собирать, хранить и использовать информацию о частной жизни лица без его согласия, комментирует адвокат Курбан Магомедов из АБ «Адвокат Про». С другой стороны, ч. 2 ст. 45 дает право защищать свои права и свободы всеми законными способами, цитирует Магомедов.

Поэтому, продолжает он, судебная практика предъявляет к таким доказательствам несколько требований:

  • аудиозаписи должны быть необходимы для защиты нарушенного права;
  • вести запись должно то самое лицо, право которого нарушено;
  • из устройства для записи можно извлечь носитель (карту памяти) на случай, если нужно провести экспертизу.

Говорим «аудиозапись» – подразумеваем «экспертиза»: именно она подтверждает, что содержанию файла можно верить.

В деле Стахановой и Белых может быть поставлен вопрос о достоверности тайной записи, тогда суду придется и с этим разбираться, рассуждает адвокат Вадим Клювгант, член Совета АП Москвы.

Поэтому он пока не считает очевидной судьбу их спора, хотя признает, что позицию ВС «можно понять».

Вопрос экспертизы аудиофайла может быть поставлен не только в гражданском, но и в арбитражном, и в уголовном процессе. Но отношение к нему и вообще к такому виду доказательств во многом зависит от специфики отрасли.

Гражданский процесс: точность подхода

Гражданский процессуальный кодекс прямо называет аудио- и видеозаписи в числе доказательств. Как показывает сервис Caselook, с их помощью чаще всего подтверждают долги по займам и зарплате, а иногда – наличие договора, не заключенного письменно (к примеру, трудового). Подобные доказательства используются и в некоторых делах об административных правонарушениях.

Ст. 77 Гражданского процессуального кодекса обязывает указать, когда, кем и в каких условиях проводились аудиозаписи. Эти сведения приводятся в ходатайстве о приобщении или истребовании записей, говорит директор юргруппы «Яковлев и Партнеры» Анастасия Рагулина.

Из записей должно быть ясно, кто ведет беседу и о чем, чтобы у суда не оставалось сомнений, что речь идет о том самом обязательстве между теми же сторонами. Если связь неочевидна, доказательство отклоняется. Диалоги должны быть как можно более информативны.

Это ясно на примере дела № 2-926/2016 [2-5566/2015], в котором Игорь Четверях* отбивался от требований Петра Быквенко* вернуть долг по расписке. Ответчик настаивал на том, что отдал деньги, но оригинал расписки не получил. Свои слова он подтвердил аудиозаписью беседы с Быквенко.

Тот возражал против использования этого доказательства: во-первых, он не давал согласия на фиксацию разговора, во-вторых, утверждал, что речь шла о другом долге – за пользование нежилым помещением. Договор на его аренду Быквенко предъявил суду.

Читайте также:  Что делать при возникновении опасности ДТП?

Судья Первореченского районного суда Владивостока Ольга Бурдейная встала на сторону ответчика и отклонила иск.

Суммы и даты, о которых идет речь, соответствуют договору займа, а в договоре аренды они совсем другие, пояснила она. Четверях имел право записывать беседу, поскольку сам принимал в ней участие.

А Быквенко подтвердил разговор и не ставил под сомнение подлинность аудиозаписи, отметила Бурдейная. Апелляция согласилась с этими выводами.

Арбитражный процесс: что написано пером

В арбитражном процессе «царь» доказательств – документ, поэтому аудиозаписи не получили широкого распространения.

Если письменные доказательства противоречат записанным разговорам – суд склонен отдавать предпочтение бумагам, как показывает пример дела № А34-2244/2015, в котором ООО «Джемир-Курган» требовало от «Профессиональной финансовой индустрии» 1 млн руб. долга за проданный товар.

Поскольку накладные были подписаны неуполномоченным лицом, истец решил подтвердить поставку аудиозаписью. Ее суд счел недопустимым доказательством, поскольку передача товара должна подтверждаться документами. А такие бумаги, как акт сверки, как раз говорили о том, что спорных поставок не было. Поэтому суды отклонили требования истца.

Впрочем, все зависит от категории дела и цели доказывания. В деле № А63-8951/2015 о продаже контрафактных раскрасок «Маша и медведь» 16-й Арбитражный апелляционный суд сформулировал, что «видеозапись (скрытая съемка) является надлежащим доказательством по делу, подтверждающим получение сведений о фактах, на основании которых арбитражный суд делает вывод, обоснованы ли требования истца».

Аудиозапись ведет и сам суд – согласно п. 1 ст. 155 Арбитражного процессуального кодекса, это основной метод протоколирования судебных заседаний. П. 7 этой статьи дает участникам процесса право прослушать файл суда и принести на него свои замечания.

К ним можно приложить свою запись того же самого процесса. Кроме того, если голоса на аудиопротоколе очень плохо различимы, есть серьезные помехи или вовсе тихо – это серьезное основание отменить решение суда. Но ситуации бывают и более интересные.

В деле № А32-19655/2015 судебный протокол «помог» компании «Южный арсенал» добиться пересмотра дела о налоговом правонарушении. Когда слушания в АС Краснодарского края возобновились после перерыва, заявитель представил новые доказательства. Судья Анна Хмелевцева приняла их, но тут же не исследовала.

Затем, по словам заявителя, она сообщила, «что не определилась, объявит еще один перерыв или сообщит о решении по телефону». Но так и не позвонила, хотя в итоге написала решение об отказе – гораздо позже положенного срока.

Юристы «Южного арсенала», ознакомившись с делом, обнаружили, что аудиопротокола в деле нет, и оспорили решение Хмелевцевой в Арбитражном суде Северо-Кавказского округа. «С помощью аудиозаписи могли бы быть зафиксированы сведения, важные для принятия судебного акта», – указала в жалобе компания, и кассация с ней согласилась.

Дело было отправлено на пересмотр. Если на первом круге «Южный арсенал» потерпел поражение, то во второй раз Хмелевцева частично удовлетворила его требования.

Гражданский и уголовный процесс: призрачные протоколы

Если в арбитражном процессе аудиозаписи обязательны, суды могут изучать их и ссылаться, то в судах общей юрисдикции ситуация иная. ГПК предусматривает запись лишь при технической возможности, УПК – использование для полноты протокола «технических средств».

Наиболее острой проблемой в уголовном процессе Клювгант считает отказ судов вести аудиопротоколирование заседаний и их нежелание признавать доказательством такую запись, сделанную защитой.

По его словам, уже давно были подготовлены изменения в УПК о том, что суд обязан вести аудиозапись процесса, «но законопроект, как водится, где-то застрял».

Если точнее – первое чтение он прошел в октябре 2014 года, спустя два года назначили ответственный за доработку комитет, и с тех пор новостей нет.

Между тем суды общей юрисдикции получали аппаратуру в рамках второй и третьей целевых программ «Развитие судебной системы России», которые были утверждены еще в 2006 и 2012 годах.

Тем не менее, отмечало Правительство в 2014 году, аудиосистемами оснащено лишь 40% судов общей юрисдикции, видеосистемами – около 10%. «В казне были выделены деньги на оборудование для аудиозаписи в залах судебных заседаний, только оно почему-то там не используется», – комментирует Клювгант.

Из документации к законопроекту следует, что процесс технического оснащения растянется еще на несколько лет – завершить его планируют в ходе выполнения программы «Развитие судебной системы России на 2013–2020 годы».

Кроме того, в марте 2016 года Госдума приняла в первом чтении два законопроекта о видеосъемке судебных заседаний. Она станет обязательной с 1 января 2018 года для федеральных судов и с 1 января 2019 года – для мировых судей, если даты не поменяются ко второму чтению.

Тогда же надо будет определиться, имеет ли видеозапись такое же доказательственное значение, как и письменный протокол, и может ли ее отсутствие вести к отмене решения суда, пояснял первый зампредседатель Комитета ГД по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Сергей Фабричный.

Пока видеозаписи – единичная практика: видеопротоколы и трансляции ведет, например, Мосгорсуд. 15 декабря 2016 года трансляцию впервые провел Дорогомиловский районный суд.

Всеобщие изменения назрели, поскольку быват, что протокол заседания не соответствует тому, что на нем происходило, отмечает управляющий партнер адвокатской конторы «Бородин и Партнеры» Сергей Бородин. По его мнению, в законе достаточно закрепить два простых положения:

  • суд обязан вести аудиозапись;
  • она является приложением к протоколу судебного разбирательства (это позволит сторонам с ними знакомиться и автоматически снимает ряд вопросов о его надлежащем заполнении).

Пока же защите, недовольной содержанием протокола, остается лишь ходатайствовать о приобщении к делу собственной аудиозаписи заседания. Правда, суд может не увидеть в этом необходимости, поскольку протокол ведется «полно и правильно», рассказывает Бородин.

Если технические средства использует суд, то он обеспечивает полноту протокола судебного заседания, а вот защитник может фиксировать процесс исключительно для удобства своей работы, объясняет логику Бородин.

Он также цитирует определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда от 16 июня 2015 года № 14-АПУ15-3СП. Из него следует, что аудиозапись защиты – это не повод ставить под сомнение содержание протокола. Ведь ее вела только одна из сторон в процессе.

А это с учетом состязательности процесса и заинтересованности «не гарантирует полноту, объективность и достоверность аудиоинформации».

Уголовный процесс: достоверность и допустимость

В силу очевидных причин аудио- и видеозаписи получили распространение именно в уголовном процессе.

По коррупционным составам и делам о вымогательстве аудиозапись является весомым аргументом при установлении вины, приводит пример Дарья Константинова, партнер бюро «Забейда, Касаткин, Саушкин и партнеры».

Такие доказательства все чаще предлагают не только правоохранительные органы, но и граждане, и их защитники, делится адвокат, председатель комиссии защиты прав адвокатов Алексей Иванов. Это могут быть данные с видеорегистраторов, записи уличных камер и тому подобное, перечисляет он.

Чтобы запись можно было использовать в суде, нужно установить ее подлинность, рассказывает Рагулина. Подтвердить ее может эксперт, который устанавливает невозможность монтирования или подделки в целом.

Также важны привязки к месту и времени, продолжает Рагулина.

Запись следует как можно быстрее направить следственной группе и уделить внимание ее оформлению – или протоколом выемки, или приложением к протоколу допроса, советует руководитель «Яковлева и партнеров».

Кроме достоверности, проверяют еще и соблюдение всех требований законодательства при получении аудио- и видеозаписей (в том числе в ходе оперативно-разыскной деятельности), говорит Клювгант.

При этом надо помнить, что защита вправе использовать все способы, не запрещенные законом, а сторона обвинения может делать лишь то, что ей прямо разрешает закон, подчеркивает адвокат. Следователь или суд могут признать запись недопустимой [полученной с нарушением УПК – «Право.

ru»], но это, как правило, связано с невозможностью убедиться в ее подлинности и достоверности, продолжает Константинова. По ее словам, запись потерпевшего или иного лица, так называемая «инициативка», по сложившейся практике признается допустимым доказательством.

«Бывали случаи, когда фигурант сам записывал свои незаконные действия, потом это находили во время обыска и использовали как доказательство», – делится Константинова.

Иванов, наоборот, считает, что приобщить аудио- или видеоматериал к уголовному делу непросто, однако есть разные способы этому противостоять: например, использовать заключение специалиста. Но даже если запись попала в дело – это не гарантия того, что ее примут во внимание при вынесении итогового решения, отмечает Иванов.

Его печалит и то, что адвокат, в отличие от следователя, лишен возможности фиксировать следственные действия. Если защитник сделает запись в тайне от следователя, она не будет иметь перспектив «по самым разнообразным и абсурдным основаниям», сетует Иванов.

А ведь она могла бы решить многие проблемы, например, помочь бороться с незаконным давлением (нередко признательные показания «вымогаются» под угрозой заключения в СИЗО, и так далее).

  • – имя и фамилия изменены редакцией

Евгения Ефименко. Право. ру.

Адвокатам рассказали о криминалистической экспертизе аудио- и видеозаписей

Как сообщает пресс-служба Федеральной палаты адвокатов, 23 апреля в ходе очередного вебинара в рамках курса «Специальные знания в деятельности адвоката» заведующий лабораторией судебной экспертизы видео- и звукозаписи Российского федерального центра судебной экспертизы при Минюсте Олег Власов прочитал лекцию на тему «Особенности назначения и производства экспертизы видео- и звукозаписи в СЭУ Минюста России».

В начале выступления он рассказал об истории становления криминалистической экспертизы видео- и звукозаписей (КЭВиЗ) в России и за рубежом.

Олег Власов объяснил, что такая экспертиза складывается из двух отдельных направлений: исследование голоса и звучащей речи и исследование видеоизображений, условий, средств, материалов и следов видеозаписей, что, соответственно, требует специальных знаний в зависимости от направления экспертных специальностей.

Лектор напомнил, что за последнее десятилетие произошел полный переход от аналоговых носителей аудио- и видеоинформации к цифровым, а с 2021 г. резко возросли количество и доступность цифровых устройств, что привело к их широкому использованию, в том числе в оперативно-разыскной деятельности.

Судебная криминалистическая экспертиза видео- и звукозаписей, отметил Олег Власов, помогает доказать многие факты преступной деятельности, происходящие в отсутствие свидетелей. Предметом такого исследования является установление фактических данных, связанных с обстоятельствами дела и подлежащих доказыванию.

Читайте также:  Отмена справки о ДТП при обращении в страховую компанию

Основания для назначения КЭВиЗ, как и любой другой судебной экспертизы, четко прописаны в Законе о государственной судебно-экспертной деятельности, напомнил он.

Спикер особо подчеркнул, что идентификация людей не входит в компетенцию экспертов, занимающихся КЭВиЗ, – для этого предусмотрены иные специалисты, в частности по судебно-портретной экспертизе.

Также Олег Власов в своем выступлении проанализировал особенности производства КЭВиЗ, комплексный характер исследований и разделение компетенций, а также требования к экспертам.

Он рассказал, что в рамках такой экспертизы решаются как идентификационные (идентификация средств аудио- и видеозаписи, источников звуков, места видеосъемки, личности по голосу и речи, объектов, изображенных на видеограмме), так и диагностические задачи (установление хронологии событий, акустической обстановки, признаков изменения записи, содержания разговора и количества его участников, определение пространственно-временных характеристик объектов на видеограмме и т.д.). Эти задачи, пояснил лектор, определяются кругом вопросов, которые ставят перед экспертом следствие и суд. Олег Власов добавил, что, для того чтобы исследование было полным и всесторонним, необходимо предоставить устройство, на котором произведена запись.

Кроме того, были подробно рассмотрены требования, предъявляемые к исследуемым материалам и образцам, их пригодность для идентификации, важность сопоставимости образцов с исследуемым материалом, формы отбора образцов.

Спикер заметил, что нередко только в процессе исследования удается установить, что присланные образцы не соответствуют требованиям сопоставимости; проанализированы типичные ошибки при назначении КЭВиЗ.

Для того чтобы их минимизировать и оптимизировать сроки производства экспертизы, он рекомендовал при вынесении постановления о назначении КЭВиЗ проконсультироваться со специалистом или экспертом соответствующей специальности.

Фотосъемка, аудио- и видеозапись: разрешения и запреты, доказательства для суда – ilex

Происходящее событие можно сфотографировать, снять на видео или записать на диктофон. Такая информация может быть важна для разрешения спора и доказательства правоты в суде. Но всегда ли съемка и запись разговоров законна?

  • Можно ли фотографировать и снимать видео в общественных местах
  • Съемка разрешается в общедоступных местах :
  • — на улицах, площадях, в парках, скверах, дворах;
  • — в магазинах, универмагах, салонах, на рынках;
  • — в кафе, ресторанах, клубах, барах;

— на концертах, выставках, в театрах. Главное не использовать отснятый материал в коммерческих целях. Например, не создавать такие же картины и не выставлять их на всеобщее обозрение ;

— на спортивных соревнованиях;

— в метро, аэропортах, на вокзалах. При этом нужно соблюдать правила безопасности:

  • не делать снимки на путях и эскалаторе во время движения;
  • не использовать вспышку и не направлять фотоаппарат на машиниста;
  • не использовать штативы, большие объективы и камеры;
  • не мешать другим пассажирам и не нарушать их личное пространство. В этом случае администрация может попросить прекратить съемку;

— в банках, больницах и других учреждениях здравоохранения;

— в храмах и т.д.

На заметку
Знак зачеркнутого фотоаппарата не всегда препятствует съемке.

Если работники того или иного общественного места не разрешают посетителю сделать фото или снять видео, стоит уточнить, каким документом они руководствуются. Если ответить не могут, стоит попросить книгу замечаний и предложений. Отказ ее выдать – административное правонарушение . Значит, можно вызвать милицию.

Нужно ли согласие людей на съемку и использование материалов

Согласие человека на съемку и опубликование материалов необходимо, когда фотограф вмешивается в его частную жизнь. Например, ведет съемку у человека дома, в больничной палате, храме .

Согласие не требуется, если съемка происходит в парке, магазине, кафе, театре, на митинге и т.д. Распространять такие фотографии и видео можно, даже если кто-то себя на них узнает. Однако нельзя искажать факты. Например, сфотографировать болельщика на стадионе, а потом использовать его фото в контексте незаконного митинга.

Можно ли фотографировать и снимать на видео госслужащих

Информацию о деятельности госорганов нельзя ограничивать . Один из принципов их работы – открытость. Исключение составляют госсекреты .

Граждане вправе фотографировать или записывать на видео госслужащих при исполнении ими служебных обязанностей. А вот для съемки в свободное от службы время понадобится согласие, иначе это будет вмешательством в частную жизнь .

Обратите внимание!
За незаконное собирание или распространение информации о частной жизни предусматривается уголовная ответственность .

Когда можно вести съемку или запись разговора с представителем власти

Не запрещается делать фото, вести аудио- или видеозапись беседы с сотрудником ГАИ при остановке водителя или пешехода за совершение какого-либо правонарушения или для проверки документов до начала административного процесса .

Его началом считается заявление сотрудника ГАИ о необходимости пройти в служебный автомобиль для составления протокола . В этот момент нужно устно или письменно выразить желание на съемку или на аудиозапись разговора. Если сотрудник ГАИ не против, проблем не будет . В ином случае возможна административная ответственность в виде штрафа в размере от 2 до 50 БВ или административного ареста .

Где запрещается фото- или видеосъемка и звукозапись

Не допускается снимать и фотографировать, осуществлять аудиозапись:

1. без разрешения в самолете . Нарушение повлечет штраф в размере от 1 до 3 БВ ;

  1. 2. на границе:
  2. — в пунктах пропуска ;
  3. — без разрешения в пределах пограничной зоны ;

3. в игорных заведениях. Съемка других посетителей возможна только с их согласия и разрешения должностного лица организатора азартных игр ;

4. на режимных объектах;

5. в библиотеках ;

6. в суде без его разрешения и без учета мнения заинтересованных лиц . Нарушение этого правила влечет административную ответственность – предупреждение, штраф в размере до 20 БВ или административный арест ;

7. во время административного процесса без разрешения должностного лица .

 Какие доказательства примет суд

Фотографии и записи могут находиться на дисках, флеш-картах, картах памяти мобильных телефонов, аудио- и видеопленках и т.д. Их можно воспроизводить и просматривать на экране в зале суда. Главное, чтобы фото и записи фиксировали обстоятельства, имеющие значение для дела. Например, доказательством может быть:

  • 1) видеозапись свадьбы, когда одаривают молодоженов. Это поможет в споре о разделе совместно нажитого имущества или об освобождении имущества от ареста;
  • 2) звуко- или видеозапись разговора работника и нанимателя в споре о защите чести и достоинства;
  • 3) звуко- или видеозапись переговоров;
  • 4) фрагмент теле- или радиопередачи для опровержения сведений, распространенных СМИ;
  • 5) фотографии:
  • — номера в гостинице для подтверждения ненадлежащего оказания услуг турфирмой;

— некачественного товара. Они докажут, что товар прибыл именно в таком состоянии, а не повредился при перемещении на склад и т.д.;

— интернет-страницы (обычная фотография или скриншот) для защиты чести и достоинства при распространении сведений в интернете. При этом до суда нужно обратиться к нотариусу, чтобы удостоверить факт нахождения в интернете интересующей информации по определенному адресу и в конкретное время ;

— отца с ребенком. Они помогут в споре об установлении факта отцовства, и т.д.;

6) фотографии или видеозаписи, сделанные в общедоступном месте (улица, метро, ресторан и т.д.) и зафиксировавшие правонарушение (причинение повреждений лицу или имуществу, мелкое хулиганство и т.д.) или преступление (разбойное нападение, убийство; передача взятки, наркотиков или оружия и т.д.);

7) запись видеорегистратора из автомобиля для подтверждения ДТП, нарушения ПДД, уничтожения имущества и т.д.

Как представить запись в гражданском процессе

Суд примет запись и учтет при вынесении решения, если она соответствует определенным условиям .

1. Запись должна быть получена законно и вестись открыто . В суде важно подтвердить, что иные лица знали о записи. Это может быть понятно из ее содержания. Но если, к примеру, телефонный разговор записывался с самого начала, а собеседника предупредили об этом позже, суд не будет оценивать сказанное до предупреждения и не примет во внимание эту часть записи .

Иных требований к записи нет. Ее вид и носители информации (флеш-карта, диск и т.д.) для суда значения не имеют.

Обратите внимание!
Доказательством по делу является скрытая запись, полученная правоохранительными органами .

В России практика идет по-другому пути. Российские суды признают скрытую аудиозапись допустимым доказательством. Она должна быть сделана лицом, участвующим в разговоре, и касаться договорных отношений сторон, а не их личной жизни (определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 06.12.2016 № 35-КГ16-18).

2. Запись должна быть допустимой. Для некоторых видов споров в подтверждение обстоятельств используются только письменные доказательства .

3. Запись должна быть связана с рассматриваемым делом. Иначе говоря, содержать информацию, которая подтвердит или опровергнет обстоятельства по делу.

Обратите внимание!
Целесообразно заранее переписать на бумагу содержание разговора из записи и передать суду. На основании этого суд определит относимость записи к делу.

4. Запись должна быть достоверной. Ее содержание должно соответствовать действительности, т.е. происходящему разговору, переговорам и т.д .. Если в ее достоверности возникнут сомнения, суд назначит экспертизу . Для установления подлинности записи эксперт проверит, изменялась ли умышленно записанная информация и была ли она подлинной.

Обратите внимание!

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector